Старокирочный переулок

Старокирочный переулок, ранее просто Кирочный, назван так по иноземным церквам, стоявшим в этом переулке (Kirche – по-немецки церковь). Их там было две - лютеранская и католическая. Если к лютеранам в Московии были весьма терпимы - ведь именно из их числа в основном набирались и военные, и лекари, и ремесленники, то к католикам относились недоверчиво, хорошо помня попытки папы Римского покуситься на независимость православной церкви еще со времени Флорентийского собора 1439 года.
На неоднократные просьбы католиков позволить им построить в Москве церковь московское правительство отвечало решительным отказом.
Только при Петре I католику генералу Патрику Гордону удалось получить разрешение построить каменную церковь в Немецкой слободе (Петра I об этом просил и римский император Иосиф). Церковь св. апостолов Петра и Павла – само посвящение говорит о многом: во имя небесного патрона русского императора – начала строиться в 1706 году на пожертвования самого Гордона и многих католиков со всей страны.
В начале XIX века здесь находилось два храма – летний, теплый и зимний, холодный, - а при них училище. В пожар 1812 года здания сгорели, потом был восстановлен только холодный храм. Прихожане постепенно переселялись в центр города, где для них в 1845 году была освящена католическая церковь в Милютинском переулке, а старое церковное здание в Кирочном переулке в 1870 году разобрали, останки там похороненных перенеси на Введенское кладбище, а надгробную плиту генерала Гордона передали в Румянцевский музей. Участок, перешедший к владельцам соседнего, углового с Немецкой улицей, был застроен фабричными зданиями.
Далее по Кирочному переулку –заводское здание (№6), закрывшее собой прекрасный памятник архитектуры – двухэтажные каменные палаты XVII века. По традиции их называют палатами Анны Монс, хотя никаких достоверных свидетельство о том, что они принадлежали фаворитке Петра I, дочери виноторговца в Немецкой слободе, нет. Кто владел ими в то время, неизвестно, но документально подтверждается лишь то, что в середине XVIII века палаты принадлежали некоему отставному полковнику Ознобишину, в конце того же века - иноземцу Витману, в начале XIX века – придворному камер-фурьеру (смотрителю за дворцовой прислугой) Якову Граве. Палаты уникальны тем, что они представляют собой единственный сохранившийся образец застройки Немецкой слободы в петровское время.
Еще далее к востоку, на углу с площадью перед Лефортовским дворцом, на месте нынешних пятиэтажок, когда-то стояла лютеранская кирха, называвшаяся «Новой обедней», в отличие от «Старой», как москвичи называли лютеранскую церковь на Вознесенской улице. Новую кирху построили слободские лютеране, в основном военные, переселившиеся в Россию уже во второй половине XVII веке. Часть средств на ее постройку пожаловал сам царь Петр Алексеевич, он же в 1694 положил и первый камень в ее основание.
В пожар 1812 года кирха сгорела, и на архивном плане 1819 году она уже не показана, к 1825 году весь большой участок уже принадлежал статской советнице М.С. Шумлянской, а позднее он был распродан по частям нескольким покупателям.